| ПУБЛИКАЦИИ АРХИВА |
к списку публикаций |
страницы
[ 1 ]
[ 2 ]
[ 3 ]
[ 4 ]
[ 5 ]
Наступила глубокая осень. Сильные ветры и холодные дожди чередовались в Севастополе и окрестностях. 2 ноября поднялась сильная буря, нанесшая большой урон нашим войскам, но еще больший - неприятелю. Союзники потеряли в этот день более 30 купеческих судов, затонувших и выброшенных на берег. В Евпатории погибли французские стопушечный линейный корабль "Генрих IV" и корвет "Плутон". На судах находилось много зимней одежды и припасов. Лагеря англичан и французов были снесены.
Обе стороны в течение нескольких недель после бури не предпринимали новых работ, огонь осадных батарей почти полностью прекратился. Чтобы предотвратить возможное наступление союзных войск на Северную сторону через Инкерман, по приказу Меншикова было возведено несколько батарей в районе Инкермана и у Нижнего маяка.
В первой половине ноября в город были введены три полка, две полевые батареи и стрелковый батальон, и 21 ноября гарнизон Севастополя составлял 29177 штыков. В полевой армии на Северной стороне, на Бельбеке, Инкермане и в Чоргуне оставалось 30573 чел. "Дух войск превосходный, - писал новый начальник штаба князя Меншикова генерал Семякин, - и несмотря на непогоду и труды, веселы и не унывают". В ноябре начальником штаба Севастопольского гарнизона был назначен полковник Виктор Илларионович Васильчиков, а начальником гарнизона - генерал Дмитрий Ерофеевич Остен-Сакен, одновременно бывший и командиром 4-го пехотного корпуса. Эти назначения положительно сказались на обороне города и быте защитников.
Пользуясь бездеятельностью противника, защитники возводили новые батареи на угрожаемых участках, замыкали с тыла укрепления бастионов. На случай захвата 4-го, 5-го и 6-го бастионов и в тылу их были построены сомкнутые укрепления, имевшие самостоятельную оборону - Язоповский, Чесменский и Ростиславами рс- Оборона Севастополя носила активный характер. Постоянные ночные вылазки наших войск держали в напряжении союзников. В период обороны защитники провели свыше 150 вылазок, в основном в зимний период.
Активно велась и была хорошо организована контрбатарейная борьба. Под руководством Э. И. Тотлебена батареи возводились упреждающе против предполагаемых мест для возведения укреплений противника.
В Севастополе зародилась организация ближней обороны, когда впереди оборонительной линии на большом расстоянии возводились ложементы (небольшие ровики) для стрелков, которые с близкого расстояния вели огонь, затрудняя ход осадных работ. Впервые ложементы стали возводиться в конце ноября 1854 года в районе 5-го бастиона и вскоре получили широкое развитие на всей линии обороны.
Русские саперы на практике применили идеи генерала А. 3. Теляковского, разработавшего теорию строительства укреплений применительно к местности, т. е. возводили укрепления в зависимости от местности и стоявших боевых задач. Была создана эшелонированная оборона, имевшая в глубину 1- 1,5 км.
Большого размаха достигла подземно-минная война, причем наши саперы вели ее упреждающе и не позволили .неприятелю под вести мины под бастионы и взорвать их.
6 декабря был объявлен в гарнизоне указ императора, в котором говорилось: "...что в признательность за их беспримерное мужество, усердие и труды в течение сего времени, я велел им (за щитникам) зачесть каждый месяц за год службы по всем правам и преимуществам".
Наступившая зима, отсутствие фуража в районе Севастополя вынудили командование русской армии переместить часть полевой артиллерии и кавалерии в район р. Качи, Перекопа и Евпатории, чем был усилен отряд, блокировавший Евпаторию. Командиром отряда назначен начальник 1-й Драгунской дивизии генерал-лейтенант барон Врангель. Иностранные газеты почти ежедневно извещали о посылке в Крым сильных подкреплений. Ожидалось, что в течение месяца прибудет в Крым около 60000 французских и английских солдат.
Несмотря на сложную международную обстановку, в Крым были на подкрепление армии отправлены резервные батальоны 10-й и 11-й дивизий и 8-я пехотная дивизия.
Наступившие холода, отсутствие теплой одежды и обуви, малое количество укрытий для войск явились причиной увеличившегося количества больных в армии. В частях появились холера, лихорадка и другие заболевания. Число больных возрастало с каждым днем и, по донесению Меншикова от 30 марта, в госпиталях и лазаретах находилось 663 офицера (из них раненых 296 чел.) и 27911 нижних чинов (из них раненых 10868 чел.).
Положение больных и раненых было очень тяжелое, тем более что не была организована система оказания помощи, госпиталей развернуто явно недостаточно, на одного врача приходилось до 400 больных и раненых.
Если состояние русской армии трудно назвать хорошим, то положение союзников было гораздо хуже. Не рассчитывая на длительную кампанию, они терпели нужду во всем. Пребывание в палатках на позициях стало причиной многих бед, выпавших на их долю в период осени и зимы. После Инкерманского сражения силы союзников не превышали 40000 чел., прибывавшие подкрепления шли на пополнение убыли в полках.
Однако Меншиков своей бездеятельностью вызывал недоумение у защитников Севастополя и в Петербурге. Один из участников обороны писал: "Два месяца почти совершенное бездействие; по три раза в день набожно смотрят на термометр и молятся норд-осту"
Генерал М. Д. Горчаков писал военному министру о необходимости отозвать князя Меншикова и заменить его другим главнокомандующим.
|
| предыдушая |
в начало |
|
|
|
|
|
