| ПУБЛИКАЦИИ АРХИВА |
к списку публикаций |
страницы
[ 1 ]
[ 2 ]
[ 3 ]
[ 4 ]
[ 5 ]
[ 6 ]
[ 7 ]
[ 8 ]
[ 9 ]
|
Обстановка в городе накалилась до предела. 15 декабря команда плавучих средств севастопольского крепостного артиллерийского склада обратилась в Совет с требованием создать военно-революционный трибунал с неограниченными правами для борьбы со «спекулянтами, мародерами, контрреволюционерами и другими преступниками революции»[135]. Вечером на эскадренном миноносце «Гаджибей» после импровизированного митинга были арестованы 6 офицеров. Матросы привели их в тюрьму, но так как там отказались принять арестованных без санкций Следственной комиссии, они были отведены за Малахов курган и там расстреляны. Ночью было арестовано много офицеров, подозреваемых в «контрреволюционной» деятельности, 28 из них было убито в течении нескольких дней. Из числа убитых 12 офицеров были с Минной бригады. Из 8 офицеров с эскадренного миноносца «Гаджибей» было убито 5, с «Пронзительного» - 4. Убиты председатель Севастопольского военно-морского суда генерал-лейтенант Ю.Э. Кетриц, бывший начальник тыла флота и Главный командир Севастопольского порта вице-адмирал П.И. Новицкий, начальник школы юнгов контр-адмирал А.И. Александров, начальник высадки контр-адмирал М.И. Каськов, начальник Минной бригады капитан I ранга И.С. Кузнецов, начальник Службы связи флота капитан I ранга А.Ю. Свиньин, начальник дивизиона сторожевых судов капитан I ранга Ф.Д. Климов и др.
Офицеров хватали без разбора и отводили в тюрьму и арестный дом Морского ведомства. Но в этой чрезвычайной ситуации матросы находили и освобождали из под ареста своих офицеров. По требованию матросов были освобождены четыре офицера эскадренного миноносца «Беспокойный», во главе с командиром капитаном 2 ранга Я.В. Шрамченко, флагманский штурман Минной бригады лейтенант А.Ф. Ульянин, 2-й минный офицер минной бригады лейтенант Б.М. Трейдлер и другие.
В час ночи на экстренном заседании, созванном Центрфлотом, организован временный Военно-революционный Комитет под председательством большевика И.Л.Сюсюкалова. Экстренное заседание распустило Совет и назначило делегатское собрание флота и гарнизона на 11 часов дня в театре «Ренессанс»[136], Военно-политическая часть Штаба флота известила судовые комитеты о перевыборах Совета к 18 декабря.
Днем 16 декабря объединенное заседание представителей судовых и береговых частей, президиумов Исполкома Совета военных и рабочих депутатов, ЦК ЧФ, представителей социалистических партий и штаба революционного отряда избрало Военно-революционный комитет из 20 членов, представителей большевиков, левых эсеров и анархистов. В президиум ВРК избраны только большевики – Гавен, Зедин, Пожаров, Драчук, Марченко и Сюсюкалов[137]. ВРК, состоящий из представителей только леворадикальных партий, сумел в течение нескольких дней стабилизировать обстановку и прекратить кровавую вакханалию.
На организационном собрании Севастопольского Совета военных и рабочих депутатов, состоявшемся 18 декабря, оказалось, что по партийной принадлежности депутаты распределились следующим образом: эсеры – 89, беспартийных – 50, большевики и сочувствующие – 35, меньшевики – 6, польские социалисты – 6. В Исполком избраны 11 большевиков, 3 левых эсера и 5 беспартийных. Председателем избран большевик Н.А. Пожаров[138]. И хотя влияние большевиков в конце 1917 года было бесспорно, однако процент депутатов их фракции был невысок. После выборов в севастопольский Совет в октябре они имели 13% мест[139], на выборах в Учредительное собрание по Черноморскому избирательному округу ( в этом округе к числу избирателей относились матросы и солдаты частей, подчиненных командующему Черноморским флотом, и рабочие предприятий Морского ведомства) большевики имели только 20%, тогда как эсеры 40%, а украинские эсеры 24%[140], а выборы декабрьские дали большевикам только 18,8% депутатских мест. Поэтому большевики могли прийти к власти только в коалиции с левыми партиями – левыми эсерами и анархистами. То, что большевики возглавляли Совет и ВРК в декабрьские дни, можно в какой-то степени объяснить тем, что наиболее авторитетные и влиятельные лидеры союзников по коалиции, И.Ю Баккал и А.В. Мокроусов, находились в Петрограде.
Матросы и рабочие на митингах и собраниях требовали прекратить несанкционированные обыски и самосуды и выражали поддержку Ревкому и вновь избранному Совету. Поскольку больше всех « усердствовали» красногвардейцы отряда, вернувшегося с Дона, общее собрание представителей 1 и 2 бригад линейных кораблей потребовало от ВРК и нового Совета «… разоружить отряд в экипаже»[141]. ВРК удалось к 21 декабря прекратить расстрелы, однако на флоте продолжались аресты офицеров по решению комитетов, и дела рассматривались Следственной комиссией Совета и Революционным Трибуналом. Многие офицеры, арестованные комитетами, через несколько дней брались этими же комитетами под свою ответственность. 16 декабря по решению комитета был арестован главный артиллерист Севастопольского порта генерал-майор корпуса морской артиллерии Н.Д. Паршинцев, а 19 общее собрание служащих артиллерийской части порта единогласно постановило, что «ничего против него не имеем» и просили о его освобождении[142]. В ночь на 17 декабря арестованы офицеры подводной лодки «Кашалот» « как почти контрреволюционеры лейтенант В.Г. Пчельников и инженер-механик мичман В. Брискин, а 11 января 1918 г. комитет лодки ходатайствовал перед Революционным Трибуналом о взятии офицеров на поруки, и они были освобождены « под ответственность команды»[143]. Были арестованы по решению комитета и освобождены по его же просьбе начальник отрядов судов и средств борьбы с подводными лодками капитан I ранга Л.П. Муравьев 1-й и его заместитель подполковник корпуса гидрографов В.К. Потапов[144].
Аресты проводились не только в Севастополе. Так, по требованию команды подводной лодки «Тюлень» был выдан ордер на арест в Сулине капитана 2 ранга П.С. Бачманова[145], в Симферополе – капитана 2 ранга В.Д. Брод[146]. 21 декабря были арестованы в Новороссийске и срочно доставлены в Севастополь начальник 7 отряда транспортов Транспортной флотилии контр-адмирал Н.Г. Львов. Флаг-офицер того же отряда старший лейтенант Б.Н. Чернай и командир временного военного Новороссийского порта капитан I ранга П.В. Верховский[147], в Трапезунде арестован по «подозрению» в погроме прапорщик Л.С. Волосевич[148] и т.д.
В условиях всеобщей подозрительности и угрозы убийства или ареста многие офицеры бросали службу и уезжали из Севастополя.
Следует отдать должное работе членов Революционного Трибунала и депутатов Совета, работающих в Следственной комиссии, которые старались объективно разбираться в делах, и многие офицеры освобождались из мест заключения, не всегда выдавались и ордера на аресты. Так, Севастопольский отдел союза моряков торгового флота потребовал арестовать заведующего мобилизационной частью Севастопольского порта капитана I ранга Н.В. Ратькова и агента РОПиТ А.И. Млинарича, однако в аресте было отказано, «так как без достаточных улик они арестованы быть не могут»[149]. В конце декабря 1917 г. – январе 1918 г. революционный трибунал рассмотрел несколько дел офицеров и матросов, причастных к подавлению восстаний на Черноморском флоте в 1905 и 1912 годах. К 10-ти годам лишения свободы был приговорен бывший в 1912 г. командиром крейсера «Память Меркурия», контр-адмирал Н.Г. Львов, к 3-м годам лишения свободы приговорен капитан 2 ранга И.Г. Цвингман, в 1912 г. офицер линкора «Евстафий»[150]. По требованию сына лейтенанта П.П. Шмидта был арестован и осужден на 10 лет тюрьмы капитан I ранга в отставке Ф.Ф. Карказ, осуждены к разным срокам тюрьмы матросы, бывшие в 1912 г. осведомителями охранного отделения.
Управление флотом 27 декабря по решению I Всероссийского съезда военного флота, взял в свои руки Черноморский Центрфлот[151], а 1 января по флоту, на основании декрета СНК, было объявлено, что звание офицера отменяется, отменяется и ношение орденов, крестов и прочих знаков отличия[152].
Политика Временного правительства, в которое с конца мая 1917 г. входили эсеры и меньшевики, и которое впоследствии возглавлял эсер Керенский, не смогло выполнить чаяния народов России и потеряло всякое доверие поддерживающих его масс, что и привело к его падению. Это был вынужден констатировать прошедший 26 ноября – 5 декабря в Петрограде 4 съезд партии социалистов-революционеров, который дал оценку работы ЦК партии за прошедший год, заявив, что ЦК не осуществлял в должной мере контроль над деятельностью членов партии, занимавших ответственные посты в правительстве и руководящих органах демократии, чем делал партию ответственной за политику, но не санкционированную, и невольно способствовал подрыву доверия масс к партии.
|
| предыдушая |
в начало |
следующая |
|
|
|
|
